Катя Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают разные линии поведения в ситуациях, когда приходиться бороться с несправедливостью (а иногда и за выживание).

Всегда ли полезна огласка? Как в фильме «В центре внимания» (Spotlight) или в ситуации с совращением школьников учителями

Можно ли спрогнозировать ущерб от собственного героизма?

Надо ли освобождать тех, кому не хочется, чтобы их освобождали?

Что важнее — спасти свою семью или спасти целый народ?

Прав ли был Харви Милк, рассказывая об ориентации геев-знаменитостей без их согласия (но ради борьбы за их права)?

Катя Кронгауз и Андрей Бабицкий целиком посвятили очередной выпуск своего подкаста сериалу «Черное зеркало», в котором моральные и этические проблемы человечества рассматриваются через призму новых технологий. 

Насколько объективную картинку дают наши воспоминания? А если их записать на видео?

Что если каждый человек при встрече будет ставить другому рейтинг, как в приложениях такси?

Можно ли виртуально мучить своих обидчиков, не причиняя никому зла в реальном мире?

Есть ли преступления, за которые нужно нести наказание вечно?

Бессмертие — это благо или наоборот бесконечный ужас?

Катя Кронгауз и Андрей Бабицкий рассуждают о том, что такое постправда, отталкиваясь от классического триллера «Газовый свет» (Gaslight), из названия которого возник термин «газлайтинг». А дальше обсуждают еще несколько фильмов и сериалов, где правда вовсе не равняется истине, потому что у каждого героя она своя.

Всегда ли можно верить показаниям ребенка?

Как быть с жертвами агрессии, восприятие которых искажено?

Кто прав в запутанной истории отношений Вуди Аллена и Мии Фэрроу?

Что хуже для политика — придумать мнимую войну или умалчивать о реальной?

Ну и извечный вопрос:

Можно ли врать из хороших побуждений?

Катя Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают, плох или хорош человек по своей природе.

Почему некоторым людям нравится убивать и насиловать, когда они попадают в «Мир Дикого Запада»?

Значит ли это, что те же люди испытывают ту же тягу к насилию в реальном мире?

Чему хорошему может научить просмотр сериалов про маньяков и чтение их биографий?

Почему родители учат детей не жадничать, хотя жадничать выгодно?

Правда ли, что выгодно быть хорошим среди плохих? И наоборот

Катя Кронгауз и Андрей Бабицкий в очередном выпуске этического подкаста обсуждают фундаментальный вопрос — что такое норма? И отслеживают по фильмам, сериалам и книгам моменты, когда представления о норме меняются.

Почему героям «Теории большого взрыва» позволено неполиткорректно шутить?

Этично ли использовать «нетипичную» характеристику персонажа — гей, толстяк, человек с аутизмом, индус или еврей — в качестве главной сюжетной линии?

К чему приводит борьба двух трендов — бодипозитива и ЗОЖа?

Зачем Дэдпулу (супергерою с обезображенным лицом) нужна его красная маска?

Почему аборты, убийства и самоубийства — самые сложные для нормализации вещи?

Катя Кронгауз и Андрей Бабицкий рассуждают о том, насколько жизнеспособна концепция «второго шанса».

Можно ли осуждать человека за еще не совершенные им (но предсказуемые) ошибки?

Почему второй шанс — это каторга, причем для обоих участвующих сторон?

Как избавиться от идеи, что жизнь это череда экзаменов, которые нужно сдать?

Катя Кронгауз и Андрей Бабицкий размышляют о том, почему мы сопереживаем искусственно созданным динозаврам, голосовым помощникам и андроидам из «Мира Дикого Запада». Но на некоторых вполне живых существ у нас эмпатии не хватает. 

Стоит ли тратить миллионы на спасение динозавров из парка развлечений?

Как робот Валли стал (некоторым) людям ближе Иисуса Христа?

Можно ли испытывать чувства в отношении разумной марсианской слизи?

Катя Кронгауз и Андрей Бабицкий беседуют о том, как люди идут к большим достижениям — в спорте, искусстве и других сферах жизни — и чего это им стоит. Вспоминают фильмы («Одержимость», «Тренер», «Тоня против всех» и другие), где главным героям приходится преодолевать обстоятельства, но прежде всего себя. И главный вопрос этого выпуска: если вы понимаете, что ваш ребенок очень талантлив в определенной области, нужно ли жертвовать всем, чтобы он добился успеха?

Легендарный подкаст «Дело случая» возвращается с новым сезоном! В нем — как и раньше — будут обсуждать вопросы этики, но на этот раз сквозь призму современной культуры: фильмов, сериалов, песен и книг. В первом выпуске Катя Кронгауз и Андрей Бабицкий внепланово обсуждают историю с инсценировкой убийства Аркадия Бабченко, а также говорят о том, как относиться к вранью в целом, особенно если оно звучит из уст положительных персонажей.

Катя Кронгауз и Андрей Бабицкий спорят, насколько принцип «мое тело — мое дело» применим к случаям, когда люди сознательно уродуют себя или резко меняют внешность, нанося вред своему здоровью. В частности, ведущие обсуждают историю Кирилла Терешина, известного как Мистер Синтол или Руки-Базуки, манифест Сергея Фаге о биохакинге и проект Honest Body Project, пропагандирующий естественный вид тела после родов.

Оглавление:

0:10 — История Мистера Синтола, он же Руки-Базуки

01:45 — Приветы за три тысячи рублей и «двоечка с аперкотом»

02:15 — «Что еще делать в гетто, населенном монстрами»

03:15 — Сколько людей, которые совершают безумные вещи, чтобы прославиться

04:00 — Почему мы все — герои кунсткамеры

07:01 — Как быть с людьми, которые не спят, не едят и убиваются в спортзале

07:50 — Чебурашка. Кумир юности Кати и секси герой

8:35 — Бывает ли награда за трудовое самоубийство (спойлер: вряд ли)

9:30 — Чего мы вообще хотим от отношений человека с его телом

10:40 — Бизнесмен Сергей Фаге и его манифест о биохакинге

11:55 — Что особенно раздражает Андрея в этом тексте

13:00 — Фруктоедение Стива Джобса и другие тренды Кремниевой долины

14:10 — Как жутко умные люди занимаются довольно дешевой подменой понятий

15:00 — Чего не хватает нашим героям — Мистеру Синтолу и Сергею Фаге

16:05 — Что бесит успешных предпринимателей Кремниевой долины

17:05 — Останется ли тело телом в любом случае? Что думают ученые

18:10 — Почему долгожителями становятся курильщики и пьяницы

19:19 — Нужно ли пить чагу? Как персонаж Солженицына

20:20 — Две крайности. Юноша из Пятигорска и успешный житель Калифорнии

21:00 — В какой момент мы должны принять собственное тело? Где начинается боди-позитив

22:07 — Явные преимущества Земли по сравнению с Марсом

22:50 — Эталоны красоты. И как обходиться без них

23:30 — Каковы разумные ограничения человеческой мощности

24:40 — Перспективы онлайн-заказа стальной попки

25:10 — Оливковое масло — пища киборгов

26:00 — Honest Body Project. Что с ним не так?

28:45 — Дезодорант — свидетельство огромного человеческого прогресса

28:55 — Два продуктивных состояния любого человека

30:40 — Почему мы делаем героями людей, которые не прикладывают никаких усилий

32:30 — Почему человеческий интеллект в некоторых системах считается вирусным заболеванием

33:40 — Молитва Анонимных

Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают, применимы ли к художникам и их искусству те же этические законы, что и ко всем остальным: несут ли ответственность режиссеры-документалисты и фотографы за судьбу тех, кого они снимают, чем поджог заброшенного дома отличается от поджога дверей здания ФСБ или французского банка и в каких случаях за эти действия необходимо отвечать, а также до каких крайностей можно дойти, если вас задело чье-то искусство.

В этом выпуске:

00:00 — Почему на Артдокфесте сорвали показ фильма Беаты Бубенец «Полет пули»?

02:36 — Пересказ фильма «Полет пули»

04:06 — Что в фильме Беаты Бубенец возмутило зрителей и критиков?

05:55 — Есть ли разница между профессиональной этикой и просто этикой?

07:36 — Как документалисты выбирают, что для них искусство, а что нет

09:04 — Почему говорить, что ты просто фиксируешь реальность на камеру, наивно или нечестно?

10:47 — Есть ли для этики (и Кати) разница, талантлив документалист или нет?

11:14 — Истории двух фотографий, за которые их авторы получили Пулитцеровскую премию

13:17 — Почему фильм Беаты Бубенец не про батальон «Айдар», а про саму Беату Бубенец?

14:46 — Зачем рефлексирующие люди готовы вкладывать смысл в любое искусство?

15:22 — Дает ли искусство какие-то дополнительные права художнику?

16:23 — Какие условия мы как зрители можем поставить документалистике?

17:44 — Почему к человеку, которому наплевать на этику, нельзя предъявить никаких претензий?

18:58 — Глава фестиваля «Артдокфест» Виталий Манский рассказывает, как документалисту стоит вести себя на войне

23:18 — Продолжение истории Беаты Бубенец в ее интервью на «Медузе»

23:40 — Зачем художник Данила Ткаченко поджигал заброшенные дома?

24:08 — И что он сам об этом говорит в интервью Colta.ru

25:43 — Что значит «искусство существует в диалоге» и что в это вкладывают современные художники?

28:53 — За что наказали художника Петра Павленского и почему он должен быть готов понести наказание?

31:01 — Почему во Франции Петра Павленского постигла художественная неудача?

32:54 — Правы ли жители Нью-Йорка, которые требуют убрать «непристойную» картину из музея?

33:48 — Как биографические подробности влияют на то, как мы смотрим на искусство?

35:34 — Как можно легко оправдать позицию Данилы Ткаченко

36:14 — Почему каждый человек должен заплатить за свои поступки, независимо от того, искусством он занимается или нет?

36:43 — Как бы мы реагировали, если бы заброшенные дома поджигал не художник, а страховая компания для рекламы?

Екатерина Кронгауз, Андрей Бабицкий и Александр Поливанов обсуждают этические вопросы, которые вызывает отстранение российских спортсменов от Олимпиады-2018 в Южной Корее: нужно ли за употребление допинга отдельными спортсменами наказывать всю сборную, могут ли спортсмены отказаться от допинга, если его употребляют все их коллеги, и почему запрет выступать на Олимпиаде с флагом своей страны — это наказание.

В этом выпуске:

01:37 — История бегуньи Алиши Монтаньо, лишенной победы из-за допинга

03:00 — Почему, если футболисты хорошо играют, нам все равно, что они употребляют?

04:31 — Если все употребялют допинг, может быть, проблема в системе профессионального спорта?

05:43 — Почему, несмотря на все усилия, рост в баскетболе все еще важнее всего?

07:33 — История велосипедистки Фемке Ван Ден Дрише, побеждавшей в соревнованиях благодаря моторчику

09:51 — В чем соревнуются государства, которые выступают на Олимпиаде?

11:55 — Почему за очевидные нарушения правил не наказывают, а за допинг наказывают?

14:11 — История архангельской команды по хоккею с мячом, которая умышленно проиграла, следуя всем правилам

15:20 — За что все-таки наказали российскую сборную?

17:31 — Почему прыгунья с шестом Елена Исинбаева понесла ответственность за то, что другие спортсмены принимали допинг?

20:08 — Как допинговые скандалы подрывают доверие зрителей к любым соревнованиям

21:40 — История футбольного клуба «Ювентус» из Турина, который сначала понес наказание, а потом смог оправдаться

23:42 — Почему спортсмены должны отвечать за порочную систему?

25:05 — Стоит ли считать спортсменов подневольными людьми?

27:50 — Есть ли у спортсменов возможность отказаться от допинга, когда ему предлагают?

30:31 — Почему для нас так важно, чтобы спортсмены выступали за свои страны?

31:30 — История фигуристки Евгении Медведевой, которая хочет выступать на Олимпиаде под своим флагом

33:00 — Как работает «боление» за свою команду и почему оно не может быть рационально

37:37 — Что может повлиять на иррациональные чувства болельщика?

38:18 — История про американских футболистов, которые отказались чествовать американский флаг из политических соображений

39:43 — Как российский флаг помогает спортсменам лучше выступать

41:14 — Почему решение поехать под нейтральным флагом только поможет российскому спорту?

43:23 — Почему спорт связан с телом и духом, но не с гимном?

Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий на примерах ЛГБТ-активистов, Православной церкви и нобелевских лауреатов обсуждают, что такое толерантность и терпимость, откуда они берутся, для чего они нужны каждому отдельному человеку и как они помогают сдерживать общество от насилия.

В этом выпуске:

00:00 — Зачем ЛГБТ-активист Михаил Черняк написал открытое письмо Великому Собору Православных церквей?

4:00 — Почему прелюбодеяние и секс до брака церковь публично не порицает, а геев порицает?

5:54 — Зачем геям нужно признание Российской Православной церкви?

7:40 — Почему мы верим, что РПЦ может останавливать погромы?

8:45 — Может ли кондитер как частное лицо отказываться делать торт на свадьбу двух геев?

9:24 — Почему Катя и Андрей отказываются правильно ставить ударение в слове «торты»?

10:09 — Почему нельзя заставить творческого человека сделать работу, которую он не хочет делать? И при чем тут Герман Стерлигов?

11:54 — Почему от души поддерживать однополые браки — это не толерантность?

12:32 — Имеет ли право государственный чиновник не регистрировать гей-брак, если гей-браки разрешены государством?

13:18 — Может ли частная автобусная компания сделать отдельную дверь для негров?

14:37 — Почему борьба за толерантность вызывает отторжение у некоторых людей?

16:32 — Почему любой человек может отказать другому оказывать любые услуги, если тот ему не нравится?

17:15 — Откуда в толерантных людях появляется отвращение к нетолерантным?

18:22 — Откуда взялась религиозная терпимость в Америке?

19:28 — Почему большинство американцев стесняются рассказывать о своих политических убеждениях?

21:45 — Почему все, кто публично высказывает свое мнение, должны быть готовы за него схлопотать?

24:01 — Почему нельзя никому говорить вслух, что он говорит ерунду?

25:48 — Можно ли вообще обижаться, если ты взрослый человек?

27:46 — Почему общество и человек не защищены от издевательств по любому поводу?

29:00 — Почему терпимость не возникает без невинных жертв?

29:41 — Что такое safe space и зачем оно нам нужно?

31:52 — Кто насаждает среди нас толерантность и терпимость?

35:30 — Как быть терпимыми к тем, кто нам не нравится (даже к гомеопатам)?

36:50 — Почему настоящая терпимость — это когда тебе наплевать?

39:27 — Чем провинился нобелевский лауреат Джеймс Уотсон?

42:27 — Единственная фраза Маргариты Симоньян, с которой согласен Андрей Бабицкий

44:01 — Зачем в борьбе за толерантность нужны перегибы?

47:00 — Почему любой большой спор — это большое благо?

48:04 — Почему ни один из споров о равноправии не завершается быстро и без драки хоругвями?

Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают, можно ли шутить на болезненные и тяжелые темы, такие как сексуальные домогательства, изнасилования или даже Холокост, как на такие шутки реагировать окружающим и имеет ли смысл осуждать или наказывать людей за плохое чувство юмора.

В этом выпуске:

00:00 — Почему никому не понравилась шутка телеведущих Когершын Сагиевой и Павла Лобкова про харассмент?

02:36 — Почему мы можем смеяться над шутками про Холокост, но не произносить их в эфире?

04:14 — Что будет, если позволить Луи Си Кею шутить про сексуальные домогательства?

04:52 — Когершын Сагиева объясняет суть шутки про харассмент

07:22 — Почему эта шутка все-таки не удалась?

08:05 — Как Татьяна Фельгенгауэр шутит про нападение на себя и почему другим об этом шутить не стоит?

10:21 — Зачем в баттл-рэпе шутят про рак мозга (и почему Катя называет Рики Эф «Рики Фэ»)?

11:40 — Можно ли шутить над изнасилованиями? Если можно, то кому?

12:47 — Почему все осуждают юмор эсэмэмщика Aviasales?

14:51 — Как изнасилование Дианы Шурыгиной стало мемом

15:24 — Зачем Burger King профессионально производит низкопробный юмор?

17:03 — Почему в еврейском юмористическом шоу можно шутить про казнь Эйхмана?

18:28 — Почему нельзя обижаться на юмористические программы?

19:51 — В чем секрет по-настоящему хорошей шутки?

24:51 — Как сексистские шутки на радио «Юмор FM» объединяют россиян

26:10 — Почему никто больше не смеется над анекдотами про блондинок?

28:48 — Как сотрудники журнала Charlie Hebdo пострадали за свой юмор

31:25 — Почему мы боремся за право людей шутить несмешно?

32:13 — Зачем Charlie Hebdo нужен Франции?

34:19 — Чувство юмора чаще возникает от доброты или от злобы?

Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий на примерах Кевина Спейси, Харви Вайнштейна, Вуди Аллена, Романа Полански и Рихарда Вагнера обсуждают, совместимы ли гений и злодейство, и что нужно делать почитателям гения, если они это злодейство обнаружили.

В этом выпуске:

1:24 — Что делать режиссеру, если актер оказался плохим человеком

2:46 — Зачем создателям «Карточного домика» избавляться от Кевина Спейси в последнем сезоне?

3:45 — Луи Си Кей извинился, а почему его не прощают?

5:39 — Почему снимать документальный фильм про плохого человека нормально?

7:09 — Что движет людьми, которые борются против Кевина Спейси и Харви Вайнштейна?

10:47 — Если деятели искусства часто поступают плохо, нужно ли пересмотреть историю искусства?

12:04 — Стоит ли брать документальный фильм в программу фестиваля, если герой фильма — убийца?

15:18 — Нужно ли в фильмах делать дисклеймер, что в нем снимается человек, совершивший что-то плохое?

16:07 — Зачем вообще знать подробности биографии актера?

19:16 — Почему любить Вуди Аллена — значит поддерживать насилие?

22:30 — Почему обвинения Бьорк в адрес Ларса фон Триера никого не удивляют?

23:33 — Почему никто в Голливуде не обвиняет Романа Полански?

25:17 — Можно ли давать «Оскар» людям, обвиненным в насилии?

27:07 — Что делать агрессору, если его дело стало публичным?

29:14 — Для чего нужно говорить вслух о сексуальных домогательствах?

34:22 — За что музыку Рихарда Вагнера запрещают в Израиле?

36:12 — Что не так с песней Юрия Лозы «Плот»?

37:29 — Можно ли руками злого человека делать добро?

38:57 — Готовы ли мы отказаться от кино, если поймем, что все талантливые люди — плохие?

Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают, как работает поведенческая экономика и можно ли манипулировать людьми, чтобы склонять их к правильным с этической точки зрения поступкам.

В этом выпуске:

0:26 — Что такое nudge и как он заставляет людей совершать хорошие поступки

2:20 — Почему важно смотреть на «галочки» в любом договоре

4:48 — Как мы сопротивляемся (или не сопротивляемся) маркетингу

5:58 — Как государство заставляет людей делать выбор в своих интересах

7:03 — Почему государство не должно склонять людей к хорошим поступкам

7:51 — Что дозволено супермаркетам, но запрещено государству?

9:17 — Как методика nudge помогает лучше попадать в писсуар

9:50 — Почему полезно понимать, что тобой управляют

11:29 — Можно ли учить детей вести себя хорошо при помощи приложения

13:30 — Что такое бихевиоризм и при чем тут мытье рук

15:28 — Почему модно быть «осознанным»

16:25 — Как технологии помогают тренировать навыки в сексе

17:42 — Почему не мыть руки — это проявление свободы

19:07 — Как манипуляции людьми помогают благотворительности

21:01 — Кто диктует правила поведения государству и чиновникам

22:26 — Как стеклянные здания избавили грузинскую полицию от коррупции

22:57 — Кому мы платим налоги?

24:57 — Почему люди выбирают заблуждаться

27:53 — Каким образом на нашу свободу влияет компания Apple

Екатерина Кронгауз, Александр Горбачев и Султан Сулейманов обсуждают, как смотреть порно и как о нем разговаривать, оставаясь в этических рамках. А именно: как порноиндустрия изменила интернет и как развитие интернета изменило дискуссию о порно, как порнофильмы влияют на сексуальную жизнь и что такое по-настоящему этичное порно.

Оглавление:

2:04 — Почему мастурбация — это не стыдно, а говорить о ней стыдно?

4:40 — Как этичность порно связана с развитием технологий?

7:15 — Как нужно обсуждать порнографию?

9:57 — С какой целью смотрят порно?

11:40 — Что такое «Two Girls — One Cup»

14:07 — Может ли порнография испортить жизнь? А Петросян?

15:30 — Как порно влияет на сексуальную жизнь людей?

18:13 — Кому нужно романтическое порно?

18:45 — Нормально ли смотреть порно, если актеры в нем на самом деле не получают удовольствия?

22:41 — Что такое этичное порно?

24:32 — Нужно ли платить за порно?

25:54 — Стоит ли говорить с детьми про порно?

28:46 — Как порносайты становятся более инклюзивными

31:38 — Почему выступать против порно — не всегда ханжество?

В новом выпуске Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают сразу все этические вопросы, которые вызывает выдвижение Ксении Собчак в президенты России: можно ли соглашаться на сделку с государством во имя благой цели, можно ли идти на выборы без желания на них победить и тем самым отвлекать внимание от другого кандидата, можно ли менять убеждения, если ты политик, можно ли сотрудничать с политиком, если это сказывается на вашей семейной жизни, а также нужно ли быть лояльным политику, если вы чем-то ему лично обязаны.

В новом выпуске Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают на примере дела Харви Вайнштейна, как должно быть выражено согласие на секс, чтобы этот секс не обернулся насилием ни для одной из сторон; а также как понять, что является согласием для человека, который вообще не может выражать свои мысли вслух; кроме того, как быть с пьяным согласием на секс и с сексом, случившимся благодаря умышленному обману.

Оглавление:

00:00 — Случай Харви Вайнштейна и Азии Ардженто. Что значит согласие на секс и как оно должно быть выражено?

15:50 — Случай Анны Стаблфилд и Димана Джонсона. Может ли человек, который не способен общаться понятным окружающим образом, давать согласие на секс?

23:55 — Случай «Хлои» и «Кая». Стоит ли считать, что секс был по обоюдному согласию, если один из партнеров оказался не тем, за кого себя выдает?

Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают, чем опасна погоня за эффективностью, кто и что заставляет людей постоянно перерабатывать и в каких случаях это нормально, как реагировать на абсурдные требования работодателя и что делать если требования работодателя, как в случае с продюсером Харви Вайнштейном, переходят все границы допустимого.

В новом выпуске Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают, как быть с законами, которые нам не нравятся. Можно ли нарушать закон открыто в знак политической борьбы, как это делает Алексей Навальный? Есть ли разница между либеральным (как в случае с Pussy Riot) и консервативным (как в случае Дмитрия Энтео) нарушением закона? Как поступать с плохими законами представителям государства? А также можно ли считать достойным исполнения закон, если против него выступают тысячи граждан, как происходит в Каталонии?

Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают, можно ли родителям следить за собственными детьми в соцсетях, чтобы уберечь их от разных опасностей; можно ли разглашать подробности частной жизни человека ради общественного блага; как автоматические системы слежки способны сделать преступника из каждого; и почему благодаря смартфонам настоящей приватности больше просто не существует.

Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают, за что мы платим врачам — за качество обслуживания или за доброту и внимание; что мы ждем от врачей и чем они отличаются от других специалистов, которые продают нам свои услуги.

Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий обсуждают сложные отношения россиян с полицией: когда обращаться за помощью к правоохранительной системе необходимо, а когда лучше даже не пытаться, как вести себя, если все-таки довелось оказаться внутри системы, и как работают добровольные общественные системы регулирования, когда государственные работать отказываются.

Каждую неделю Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий на конкретных примерах изучают, как меняется этика в современном мире — и где теперь пролегают границы дозволенного. В этом выпуске они обсуждают, как понять, когда эвтаназия действительно необходима и кто должен это решать — родственники больного или врачи; что такое ассистированное самоубийство и насколько оно допустимо; и возможно ли на самом деле склонить другого человека к суициду.

Каждую неделю Екатерина Кронгауз и Андрей Бабицкий на конкретных примерах изучают, как меняется этика в современном мире — и где теперь пролегают границы дозволенного. В этом выпуске они обсуждают, чем солидарность отличается от лояльности, отчего все защищают режиссера Кирилла Серебренникова и забывают про бухгалтера Нину Масляеву, почему корпоративная лояльность компании Google — пережиток советского прошлого и что случится, если все будут защищать своих.

Каждую неделю редактор «Медузы» Екатерина Кронгауз и независимый журналист Андрей Бабицкий на конкретных примерах изучают, как меняется этика в современном мире — и где теперь пролегают границы дозволенного. Перед первым сентября они рассуждают, зачем школа на самом деле нужна государству, чего от нее ждут родители и может ли школьное образование сделать счастливыми детей.

Каждую неделю редактор «Медузы» Екатерина Кронгауз и независимый журналист Андрей Бабицкий на конкретных примерах изучают, как меняется этика в современном мире — и где теперь пролегают границы дозволенного. В новом выпуске подкаста они вспоминают самые громкие примеры дискриминации на работе: от сотрудника Google, написавшего манифест против равноправия мужчин и женщин на работе, до компании «Аэрофлот», которая снижает зарплату сотрудницам с 48-м размером одежды, — а также размышляют, почему люди всегда неизбежно кого-то дискриминируют.

Каждую неделю редактор «Медузы» Екатерина Кронгауз и независимый журналист Андрей Бабицкий на конкретных примерах изучают, как меняется этика в современном мире — и где теперь пролегают границы дозволенного. В новом выпуске они рассуждают, почему верующих обижает ловля покемонов в храме или фотосессия с полуголой моделью на фоне церковных развалин, — и чем чувства верующих отличаются от чувств любых других групп людей.

Каждую неделю редактор «Медузы» Катя Кронгауз и независимый журналист Андрей Бабицкий на конкретных примерах изучают, как меняется этика в современном мире — и где теперь пролегают границы дозволенного. В новом выпуске они обсуждают, какими неоднозначными бывают истории о домашнем насилии и как с этим разбираться журналистам, как история 16-летней Дианы Шурыгиной спровоцировала всероссийскую дискуссию о том, можно ли обвинять в произошедшем жертву, и какое наказание за домашнее насилие следует считать адекватным.

Каждую неделю редактор «Медузы» Катя Кронгауз и независимый журналист Андрей Бабицкий на конкретных примерах изучают, как меняется этика в современном мире — и где теперь пролегают границы дозволенного. Во втором выпуске они обсуждают, как сегодня переосмысляется роль матери в воспитании ребенка и что для этого сделал Криштиану Роналду, почему мы так печемся о своих генах и какую вообще функцию теперь выполняют родители.

Это новый подкаст «Медузы» — «Дело случая». Его ведут наш редактор Катя Кронгауз и журналист Андрей Бабицкий. Каждую неделю они будут на конкретных примерах разбирать, как меняется этика в современном мире и где вообще (если они есть) границы дозволенного. В первом выпуске ведущие обсуждают, можно ли запрещать людям верить во что-то и лечить детей вопреки религиозным убеждениям их родителей, а также какие именно убеждения мы считаем вредными и почему.